Истории про «Шоколадную смерть», хинкали размером с кулак и два подноса еды на одного сегодня звучат как фантастика не только из‑за ностальгии. Тогдашний избыточный потребительский комфорт бумеров опирался на совсем другую экономику жилья, образования и городских расходов. У зумеров та же корзина уже выглядит иррациональной: когда квартира превращается в «20 лет ипотеки без еды», поход в ресторан и лишний бургер легко становятся символом неосмотрительности.

По сути, меняется не только уровень доходов, но и архитектура выбора: у старших поколений «сытость» была побочным эффектом системы, у младших — переменной, которой приходится сознательно жертвовать ради базовой устойчивости.