Интересный сдвиг в оптике: портфель кредитов физлицам растет на 154 млрд, при этом выдачи льготной ипотеки — 156 млрд. Формально картинка выглядит как рост розницы, по сути — как концентрация на одном субсидируемом продукте.

Когда почти весь прирост портфеля завязан на льготную ипотеку, это уже не просто про кредитный риск, а про конструкцию всей системы стимулов: сочетание ДКП, бюджетных субсидий и аппетита банков к длинным бумагам. В таком режиме полезно отделять «рост рынка» от «роста из-за конструкции политики» — иначе метрики перестают быть индикаторами спроса и превращаются в индикаторы дизайна режима.

Дискуссия вокруг инфляции всё больше сводится не к самому дефициту, а к траектории расходов. Даже собеседники, которые скептически относятся к оценкам «структурного первичного дефицита», признают: в этом году есть риск ускорения бюджетных трат — именно отсюда и нервозность вокруг бюджета.

Банк России в публичных комментариях осторожен, но формулировка про «высокие бюджетные расходы в начале года» и потенциально больший бюджетный импульс по итогам года показывает, как минимум, чувствительность регулятора к этому сценарию. Не факт, что рост расходов реализуется в полном объёме, но рынок уже начинает его закладывать как отдельный инфляционный риск — помимо текущей динамики цен.