По данным Минфина, ключевым для оценки устойчивости бюджета показателем выглядит первичный структурный дефицит в 2025 году на уровне 1,2% ВВП. Наличие дефицита при этом сочетается с высоким уровнем кассового исполнения – 98,9% к сводной росписи.

Наблюдение: федеральный центр усилил поддержку регионов – объем межбюджетных трансфертов вырос до 3,9 трлн руб. по сравнению с прошлым годом. При сохранении такого масштаба трансфертов региональные бюджеты в среднем остаются сбалансированными за счет федеральных ресурсов, а не роста собственной доходной базы. Это снижает краткосрочные риски неликвидности субъектов РФ, но увеличивает их зависимость от федерации.

Социальный блок профинансирован в полном объеме: проиндексированы выплаты более чем 15,9 млн получателей льгот, маткапитал (около 2 млн семей), единое пособие для свыше 10 млн семей и ипотечная поддержка 109 тыс. многодетных семей. Наблюдение: масштаб целевой социальной поддержки потенциально поддерживает потребительский спрос, но данные не позволяют оценить, насколько это усиливает инфляционное давление или бюджетные риски в среднесрочной перспективе.

По заявлению Минфина, кассовое исполнение федерального бюджета в течение года должно «выравниваться» и вернуться к плановым параметрам. Наблюдение: в I квартале отмечены пониженные нефтегазовые доходы и опережающие авансы компаниям, нуждавшимся в оборотном капитале. Это указывает на временный кассовый разрыв, а не на пересмотр годовых ориентиров; при этом конкретные масштабы отклонений по доходам и расходам не раскрыты, что ограничивает точность оценки рисков.

Для банков и инвесторов по ОФЗ ключевое изменение — сигнал о возможной, но «несущественной» корректировке плана заимствований. В сочетании с тезисом о выходе бюджета на плановые кассовые значения это поддерживает ожидания умеренного давления на долговой рынок, без резкого наращивания предложения бумаги.

Отдельно стоит отметить обсуждение ускоренного возобновления операций по бюджетному правилу на валютном рынке до 1 июля. Если это решение будет принято, его фактическое влияние на курс и ликвидность станет одним из основных параметров для оценки процентных и валютных рисков во второй половине года.